В этом прошлом
В переводе Анастасии Белоусовой

В этом прошлом я ношу только джинсы и клетчатую рубашку. В день, когда я выхожу в
американской куртке от крёстной, какие-то отморозки
тормозят меня и забирают её. У грабителя, который потоньше – лысина.
Он говорит мне отвязаться, руку – из рукава!
Безучастное удивление на его лице. Яркие лампочки выбивают первыми -
я слышу его мысли. Лучше оставаться невидимым. Вот так.

В этом прошлом я ношу религию, как от кутюр, чеканю шаг
равняясь со всей страной, глазами ищущей спасения где-то посередине,
показ высокой моды, где у каждой модели одинаковый дизайн,
одна и та же ткань, один и тот же покрой, застегивается на одну и ту же сторону, как
у каждого носящего цвета моей банды. Вскоре я забываю, что это цвета.
Это хороший способ сделать других невидимыми.

В этом прошлом я ношу убеждения, как капу.
Я научился водить машину и выводить родителей из себя. Я прочитал
в книге: хороший вкус - то же самое, что хорошая мораль, поэтому я выдираю
первую страницу, чтобы сделать презрительную маску. Я ношу её
среди тех, чей выбор противоречит моим вкусам.
Это хороший способ сделать дилеммы невидимыми.

В этом прошлом я ношу свои амбиции, как слинг.
Новорожденные спят в нём. Я играю заголовками: МАМЕНЬКИН СЫНОК – ЭТО СЫН МАМИНОЙ ПОДРУГИ.
Я отказываюсь продавать мою историю. Я готов к тому, что СМИ ополчатся на меня.
Вместо этого сначала один, потом двое, потом все дети города
карабкаются и раскачиваются на моих лямках.
Это хороший способ сделать себя невидимым.

В этом прошлом я ношу неуверенность, как медаль.
Гравированная латунь, зеленая ленточка. Надпись не по латыни. Гласит:
красота определяется судом незнакомых людей, которым нельзя доверять.
Я не так много делаю: останавливаю людей на улице, чтобы спросить
где они взяли те вещи, которые делают их ими. Я примеряю
чуть больше чем ничего; это хороший способ двигаться к невидимости.

БОГДАН ПЬЯСЕЦКИ

In this past
Язык: английский
Перевод: русский
In this past I just wear jeans and a plaid shirt. The day I go out
in an American jacket from my godmother, some thugs
stop me and take it away. The thinner robber has a bald spot.
He tells me to fuck off, arm through my sleeve,
disinterested surprise on his face. Bright bulbs get the first stones,
I can hear him think. Best to stay invisible. So.

In this past I wear religion like couture, lock step
with the country, eyes searching the middle distance for salvation,
a high concept fashion show where all models walk identical designs,
same cloth, same cut, buttoned on the same side, like
everyone is wearing my gang's colours. Soon, I forget that they are colours.
It's a good way to make others invisible.

In this past I wear convictions like a mouth guard.
I have learned to drive a car and my parents mad. I have read
in a book that good taste is the same as good morals, so I rip out
the first page and make a sneering mask. I wear it
around those whose choices clash with my palette.
It's a good way to make dilemmas invisible.

In this past I wear my ambition like a baby sling.
Newborns sleep in it. I make headlines: MAN BABY IS BABYMAN.
I refuse to sell my story. I brace for the media backlash.
Instead, first one, then two, then all of the town's children
climb in and sway from my left shoulder.
It's a good way to make yourself invisible.

In this past I wear self-doubt like a medal.
Etched brass, green ribbon. The inscription is not in Latin. It says:
beauty is determined by a jury of strangers, who should not be trusted.
I don't get much done: I stop people on the street to ask
where they got the things that make them them. I try on
almost anything; it's a good way to keep moving towards the invisible.
Об авторе
Богдан Пьясецки - поэт из Польши, живущий в Бирмингеме. Преданный своему делу исполнитель, он пронес свои стихи из комнаты на верхнем этаже одного из пабов Истборна на главную сцену Бирмингемского репертуарного театра, из андеграундных токийских клубов до парижских трамваев, из книжного магазина в Пекине на аэродром в Германии, из нишевых подкастов до радиостанции Би-Би-Си. В Великобритании он регулярно выступает на самых ярких spoken word мероприятиях, фестивалях и чтениях. Он наслаждается творческим хаосом больших фестивалей так же, как и сдержанной концентрацией литературных событий.

Богдан основал первый поэтический слэм в Польше, а затем переехал в Великобританию, чтобы получить докторскую степень по переводческому делу в Университете Уорика. Он работал директором по образованию на курсе магистратуры Spoken Word in Education в Goldsmiths University, а также был продюсером проекта Apples and Snakes в период с 2010 по 2017 год. С 2012 года он является постоянным приглашенным лектором по творческому письму в Университете Бирмингема. Творческий продюсер Beatfreeks и входит в состав правления Центра перевода поэзии.
Об авторе
Богдан Пьясецки - поэт из Польши, живущий в Бирмингеме. Преданный своему делу исполнитель, он пронес свои стихи из комнаты на верхнем этаже одного из пабов Истборна на главную сцену Бирмингемского репертуарного театра, из андеграундных токийских клубов до парижских трамваев, из книжного магазина в Пекине на аэродром в Германии, из нишевых подкастов до радиостанции Би-Би-Си. В Великобритании он регулярно выступает на самых ярких spoken word мероприятиях, фестивалях и чтениях. Он наслаждается творческим хаосом больших фестивалей так же, как и сдержанной концентрацией литературных событий.

Богдан основал первый поэтический слэм в Польше, а затем переехал в Великобританию, чтобы получить докторскую степень по переводческому делу в Университете Уорика. Он работал директором по образованию на курсе магистратуры Spoken Word in Education в Goldsmiths University, а также был продюсером проекта Apples and Snakes в период с 2010 по 2017 год. С 2012 года он является постоянным приглашенным лектором по творческому письму в Университете Бирмингема. Творческий продюсер Beatfreeks и входит в состав правления Центра перевода поэзии.